Психоаналитическая студия

Елены Урбанович

Запись на консультацию:

тел.: +7 (926) 521-36-24
e-mail:
skype: elenaurb1
 
 
 
 
 

Новое на сайте

 

Детские страхи

Детские фантазии

Детская интернет-зависимость

 

Психологическая готовность ребенка к школе

 
 

"Дорогой первоклассник", передача "PRO Жизнь" на ТВ Центр

 

В данном разделе новостей нет.

Нарциссизм. Термин и понятие

Сидни Э. Пулвер, док. мед. наук

 

В многочисленных трудах, посвященных вопросу нарциссизма, существуют, пожалуй, только два общепризнанных факта: первый – это то, что концепция нарциссизма – это одно из важнейших вложений психоанализа, а второй – это, что она одно из самых противоречивых. Сложности в понимании этого явления были очевидны с самого начала. Даже сам Фрейд не был доволен своей первоначальной формулировкой. Он писал Абрахаму: «Понятие нарциссизма рождалось в тяжелых муках, и поэтому несет в себе все несовершенства этих мук». «Меня глубоко тронуло то, что вы согласились с тем, что я написал о нарциссизме. Это сближает нас еще больше. Меня не оставляют сомнения в правильности толкования» (Джоунс, 1955, стр. 304).

 

Нам неизвестно, почему был недоволен Фрейд, современные теоретики считают, что сложности в определении на данный момент времени возникают в основном «из-за того, что само понятие не было позднее пересмотрено и уточнено с позиции структурной психологии Фрейда» (Хартман, 1950, стр. 83). Кернберг (1968) кратко выразил свою точку зрения следующим образом: нарциссизм как описательный термин использовался часто и неправильно, само понятие уже давно должно быть пересмотрено».

 

Поначалу покажется удивительным отсутствие точного описания метапсихологии такого важного понятия. Однако причина тому становится понятна при более внимательном рассмотрении: первоначальная теоретическая концепция Фрейда в отношении нарциссизма как либидной инвестиции эго[1] по существу была экономической, и оказалась настолько неспецифической, что термин стал применяться к большому количеству различных психических явлений. Эти явления имеют малое сходство, и у каждого есть своя метапсихология. В той мере, в какой не соответствуют друг другу явления, называемые нарциссическими, также различается и их метапсихология. На мой взгляд, нельзя определить метапсихологию нарциссизма до тех пор, пока сам термин применяется (а на данный момент так оно и есть) для обозначения практически не связанных явлений. Для более полного понимания я постараюсь в настоящей работе:

  1. проследить эволюцию применения термина нарциссизм для обозначения различных психических явлений;
  2. обсудить недостатки первоначальной концептуальной модели нарциссизма как либидной инвестиции Я;
  3. определить явления, в настоящее время характеризуемые как «нарциссические», и описать их взаимосвязь;
  4. рассмотреть возможные решения проблем, возникших в настоящее время из-за терминологических неточностей

Таким образом, я считаю важным разграничить применение слова «нарциссизм» в метапсихологическом значении и его использование в отношении специфических психических явлений, это два абсолютно разных уровня значений. Я постарался как можно точнее описать различия, называя нарциссизм «понятием» в его прежнем значении и «термином» в более позднем применении.

 

Эволюция применения

До того, как термин нарциссизм стал применяться в психоанализе, он определял ряд специфических клинических явлений, описанных Фрейдом (1914) как вид сексуальной перверсии. Сегодня нарциссизм означает «состояние индивида, который обращается со своим собственным телом так же, как обычно обращаются с телом сексуального объекта – когда он смотрит на него, гладит его, ласкает до получения полнейшего удовлетворения посредством этих действий» (стр. 73). Подобное нарушение ранее описывалось в психиатрической литературе, но впервые с именем Нарцисса его связал Хэвелок Эллис, детально описав его корни, берущие начало в литературе и мифологии. В своем описании, которое появилось на английском языке в 1898 году, а на немецком в 1899 году, он не только рассматривал ранее упоминавшийся специфический вид перверсии, но и в общих чертах расширил психоаналитическое значение термина нарциссизм, указав на то, что данного рода поведение не всегда носит открыто сексуальный характер: «это такая тенденция, чаще всего наблюдаемая скорее у женщин, когда сексуальные чувства поглощаются и полностью теряются в самолюбовании».

 

Отличительной чертой психоаналитической концепции было признание того, что нарциссизм как перверсия – это специфическая драматическая иллюстрация чего-то более общего в человеческом поведении; что чувственная любовь к Я – это скрытая мотивация в поведении, которое не является явно чувственным. Интересно будет отметить, что та же тема – наличие эмоционального элемента в явно неэмоциональном поведении – отмечалась в трудах раннего психоанализа. Явно прослеживается параллель с такими перверсиями, как садизм, мазохизм и эксгибиционизм.

 

Нарциссизм как психоаналитическая концепция появился в 1908 году в работе Садгера. На эту работу ссылался Стекель на встрече Венского Психоаналитического Общества 27 мая 1908 года. К сожалению, мне не удалось достать копию этой работы, поэтому я не знаю, в каком значении тогда употреблялся этот термин[2].

 

В 1910 году нарциссизм упоминался и Фрейдом и Садгером. В примечании к Трем очеркам Фрейд впервые сделал письменную ссылку на нарциссизм, в качестве наследственного явления, описав его как фазу либидного развития гомосексуалистов. Здесь нарциссизм все еще рассматривается как специфическая перверсия. Несколько месяцев спустя в Леонардо он снова использует данный термин в этом значении. Примерно в это же время (1910) Садгер в ранее упомянутой работе впервые выводит значение данного термина за рамки перверсии в стадию нормального развития: «путь к сексуальности всегда лежит через нарциссизм; другими словами любовь к своему Я».

 

Следующим шагом в развитии данной концепции стала работа Ранка в 1911 году, первая психоаналитическая публикация, специально посвященная вопросу нарциссизма. В этой работе нарциссизм все еще в большей степени рассматривался как чувственная любовь к своему Я, но впервые это явление связывалось с психическими проявлениями, которые не были явно эмоциональными: тщеславие и самолюбование. Ранк отметил, что восприятие Я как либидного объекта не является основным фактором самолюбования: «любовь к своему телу – это огромный фактор в нормальном женском тщеславии» (стр. 406). Хотя Ранк понимал, что это не единственный фактор, в остальной части работы подчеркивается, что это единственный фактор, который меняет значение. Все это с учетом либидного акцента того времени. К тому же Ранк впервые описал защитную природу самолюбия: «Пациентке казалось, что мужчины так ужасны, совершенно не способны любить, понимать красоту и значение женщины, что ей лучше вернуться к ее прежнему нарциссическому состоянию и, будучи независимой от мужчин, любить себя».

 

В 1911 году Фрейд подробнее описал генетические аспекты нарциссизма, используя это слово на этот раз в рамках Я как либидный объект.

 

До 1911 года генетический аспект нарциссизма упоминался для описания стадии развития, а динамический – для объяснения определенных свойств таких, как тщеславие и самолюбование. Концепция нарциссизма как либидная инвестиция Я также упоминалась, но вскользь.

 

В 1913 году Фрейд использовал эту концепцию для объяснения другой группы явлений: определенных примитивных аспектов мышления и эмоций таких, как анимизм, магия и всемогущество мысли. Описав эти явления, Фрейд отмечает: «Вполне вероятно, что их можно соотнести с нарциссизмом и рассматривать как его необходимый компонент» (стр. 89).

 

К тому времени как была написана работа «О нарциссизме» основы концепции уже были определены. В этой классической труде Фрейд доработал прежние значения этого термина, а также использовал данное понятие для объяснения трех других феноменов: тип выбора объекта, форма объектных отношений и самооценка.

 

Первый феномен, выбор объекта на основе идентификации с каким-то аспектом Я, - это выдающийся момент данной работы:

 

Человек может любить:

1. В соответствии с нарциссическим типом:

a. то, кем он сам является (например, себя)

b. то, кем он был

c. то, кем он хотел бы быть

d. того, кто когда-то был частью его

 

2. В соответствии с анаклитическим (зависимым) типом:

a. женщину, которая его кормит

b. мужчину, который его защищает (стр. 90)

 

Фрейд применил термин в отношении формы объектных отношений после того, как понял, что шизофрения, органическая болезнь, ипохондрия и сон, все характеризуются отделением от объектов. Теоретически он объяснил это отделение как отделение либидного катексиса от объектов, сопровождаемых повышенным либидным катексисом Я, эрго нарциссизм.

 

Термин применялся к понятию самооценки при описании Фрейдом эго-идеала. И отсюда произошло наиболее важное на сегодняшний день значение термина нарциссизм – его использование как слова-синонима понятия самооценки.

В ранней психоаналитической литературе термин нарциссизм использовался:

 

1. В клинических случаях для обозначения сексуальных перверсий, когда собственное тело использовалось как сексуальный объект

2. Как генетический фактор, указывая на стадию развития, которой, как считалась, было характерно это либидное состояние

3. Касательно объектных отношений для определения двух различных явлений:

a. тип выбора объекта, где Я в какой-то мере играет более важную роль, чем реальные аспекты объекта

b. форма отношений с окружающим миром, где практически отсутствую объектные отношения

4. Для обозначения различных аспектов сложного эго-статуса самооценки

Все это теоретически объединялось в общее понятие, так или иначе представляя такое состояние либидо, где Я рассматривается как объект.

 

Сложности, связанные с концепцией влечений в понимании нарциссизма

Последние несколько лет возникали вопросы как относительно самой концепции влечений в нарциссизме, так и ее ценности для объяснения ряда специфических клинических явлений, называемых нарциссическими. Первый вопрос – это верность базисной теории, на которой основывается концепция. Было заявлено, что «либидная инвестиция Я» - это выражение основной теории влечений с экономическим значением. Однако как сам экономический подход, так и теория влечений подвергались серьезному пересмотру. Хорошие комментарии по этому вопросу можно найти у Апфельбаума(1965) и Холта (1967), однако они достаточно объемные, чтобы включить их в данную работу. Достаточно будет сказать, что если эти аспекты психоаналитической теории нуждаются в доработке, то это должно касаться и данной концепции нарциссизма.

 

Второй вопрос заключается не в значении концепции, а в ее пригодности. Очевидно, что теоретические принципы в психоанализе предполагают возможность их применения для объяснения специфического клинического материала. И здесь важна идея «специфичности». Например, возможность описать какой-либо объект как «набор молекул» может оказаться ценной, но бесполезной, так как «набор молекул» подразумевает под собой массу различных объектов. И та же проблема с неспецифической природой терминов «либидо» и «Я», что привело к тому, что термин нарциссизм стал применяться к огромному количеству явлений, что почти обесценило его значение.

 

Видимо, эта широта значений не была столь очевидна. В то время, когда была опубликована работа «О нарциссизме», психоаналитическая теория влечений базировалась на дуальности либидных и эго-инстинктов. Таким образом, Фрейд разделял направленность на себя, происходящую от либидных инвестиций Я и другую направленность на себя, исходящую от инстинктов эго и называемую эгоизм: «Нарциссизм в этом случае не будет считаться извращением, а либидным дополнением эгоизма инстинкта самосохранения» (стр. 73ф). Поскольку нарциссизм упоминался только для одной направленности на себя, его круг его значений отчасти ограничился. Однако, поскольку от теории эго инстинктов отказались, то это различие исчезло. Вся направленность на себя после чего стала называться нарциссизмом, значительно расширив сферу применения. К тому же с развитием понятий «Я» и «либидо» эта сфера увеличилась еще больше. Объяснение «Я» начиналось со специфической Я-репрезентации части тела и заканчивалось общей концепцией идентичности. Либидное вложение любой из этих форм считалось нарциссизмом. В дополнение также описывалась и пластичность либидо: слияние, нейтрализация и десексуализация. Отсюда в настоящее время такие клинические явления как ипохондрическая озабоченность пищеварительной функцией, подростковая гипертревога при выборе профессии и заинтересованность всего человечества в продолжении рода – все стали называться нарциссическими. Теоретическая модель, применяемая к такому большому количеству явлений, не обязательно должна быть лишена смысла, однако значительно снижается ее пояснительная ценность.

 

Помимо общих проблем с теорией влечений в нарциссизме вопросы также возникают с применением концепции в отношении ряда специфических клинических явлений. Для более полного понимания проблемы я разделил клинические явление, называемые нарциссическими, на четыре категории, описание которых приведу ниже.

 

Нарциссизм как сексуальное извращение

Наличие сексуальных перверсий, которые резонно могут быть названы нарциссизмом, не сложно продемонстрировать. Перверсии подразумевают доминирование во взрослой сексуальной жизни компонента инфантильной сексуальности. Сексуальный интерес в теле появляется в период развития инфантильной сексуальности. Часто это подтверждается клиническими случаями, как, например, в случае с одним из моих клиентов, для которого единственной формой сексуального поведения была мастурбация перед зеркалом, сопровождаемое сознательными фантазиями о размере его пениса. Подобное явление не без оснований может считаться перверсией, а именно именуемое нарциссизм. На практике, однако, преобладают более широкие понятия этого слова, и нарциссизм в значении сексуальной перверсии почти не употребляется.

 

Нарциссизм как стадия развития

Как уже отмечалось, термин нарциссизм в значении стадии развития использовался уже в ранней психоаналитической литературе, посвященной этой теме. Впервые Фрейд упоминал о нарциссизме как о генетическом явлении:

 

Все изученные нами случаи указывают на тот факт, что будущие гомосексуалисты в раннем детстве проходят стадию сильной, но короткой фиксации на женщине (чаще всего их матери), и после прохождения этой стадии они идентифицируются с женщиной и сами для себя становятся сексуальным объектом. То есть они исходят из нарциссической основы и ищут молодого мужчину, который напоминает их самих, и которого они могут любить так, как их любила их мать (1905, стр. 145, допол. в 1910).

 

Работая над аспектами развития, в своей работе «О нарциссизме» Фрейд обозначил два типа: первичный и вторичный нарциссизм. Первичный нарциссизм подразумевал либидное вложение Я, происходящее до инвестирования внешних объектов, а вторичный нарциссизм появляется уже после такой инвестиции и является результатом изъятия катексиса из внешних объектов и реинвестирование в Я. Ранние заметки Фрейда немного запутанные, и не совсем ясна последовательность этих фаз. Канцер так говорил (1964, стр. 529): «Термины и понятия, используемые Фрейдом, постоянно подвергались пересмотру, и взаимосвязь аутоэротизма и нарциссизма…противоречила с другими формулировками, представленными в ранних и более поздних работах». Однако такая последовательность, как развитие первичного нарциссизма, далее любовь к объекту, и в результате появление вторичного нарциссизма, была еще раз подтверждена Фрейдом в его более поздних заметках на данную тему: «Все, что мы об этом (либидо) знаем, имеет отношение к эго, где изначально хранится все имеющееся количество либидо. Мы называем эту стадию абсолютным, первичным нарциссизмом. Он существует до того момента, пока эго не начнет катектировать либидо в идеи объектов. В современном понимании нарциссическая стадия развития представляет собой стадию первичного нарциссизма.

 

Использование понятия нарциссизма для описания стадии развития привело к ряду проблем. Первая – это проблема с определением точного времени, в течение которого длится стадия. Фрейд никогда не упоминал о длительности этой стадии, а иные авторы описывали ее появление на протяжении большого хронологического периода жизни младенца. Некоторые, как, например, Грин (1958) считают ее сугубо внутриутробной. Другие, как, например, Якобсон (1964) считают, что это физиологический выброс энергии в различные системы органов, и происходит он в раннем младенчестве до формирования психической структуры. Другие полагают, что это происходит не раньше начала второго года жизни. Эта несогласованность в вопросе временных рамок происходит из-за неопределенности значения концепции нарциссизма в контексте объектных отношений. В противоположность заинтересованности психологии инстинктов в источниках инстинктов (оральный, анальный и фаллический) современная эго психология сконцентрировалась на объектах влечений и на отношении эго к этим объектам. Наилучший источник информации о развитии ребенка в раннем детстве – это прямое наблюдение за младенцами. В процессе наблюдения мы в основном получаем информацию о смене объектных отношений и в меньшей степени об инвестировании Я. Все это, плюс сложность в определении, что же такое либидное вложение Я у младенца, привело к большой разнице в определении временных рамок.

 

Предлагаю на данный момент произвольно обозначить длительность этой стадии периодом первых шести - восьми месяцев жизни (наиболее часто указываемые рамки). Далее появляется вторая проблема. Сложный период развития, называемый нарциссизм, практически не имеет никакого отношения к сложностям развития, проявляющимся в этот период. Эти трудности стали в большей степени заметны в процессе психоаналитического наблюдения за младенцами. Детальный обзор о прямом наблюдении за младенцами и теоретические выводы можно найти в великолепной работе Гуан Декари (1965). Если в нескольких словах, то из наблюдений следует, что до «реального объектного» периода существует, по крайней мере, еще два компонента, которые Гуан Декари называет «нарциссический период» и «промежуточный период». Сам нарциссический период состоит, как минимум, из двух фаз. Первая – в течение одной - двух первых недель жизни катексис абсолютно не дифференцируем. Вторая фаза – катектируется определенный полученный опыт, как, например, кормление и уход, и либидо распределяется «между субъектом, который еще не знает о своем существовании, и объектом, которого он не воспринимает как существующего вовне» (стр. 80). В промежуточный период, который длится до шестого месяца, определенные проявления объекта катектируются как «дообъектные» (Шпиц, 1950), как, например, хорошо известное – улыбающееся человеческое лицо. Эти дообъекты еще не персонифицированы, но уже считаются предметами. Реакция идет скорее (катектируется) на обобщенный чувственный образ (гештальт), чем на человека: «трехмесячный ребенок визуально не узнает человека как такового, а узнает форму (гештальт) лба-глаз-носа. Стоит хоть немного изменить форму (например, спрятать один глаз), измененный объект уже не узнается» (стр. 103). Изменения, видимо, происходят в субъективном расположении этой формы. Временами она кажется внешней, а временами - как часть себя. В итоге восприятие реального внешнего объекта появляется не мгновенно, а развивается со временем в течение нескольких месяцев в процессе созревания эго и его аппарата.

 

Эти детали приводятся для того, чтобы показать сложности этого периода в отношении катексиса Я и объектов. Назвать весь период или часть его «нарциссическим» было бы чрезмерным упрощением, что в свою очередь может запутать понимание как деталей либидного развития, так и других важных процессов развития, протекающих в этот период. Гловер говорил об этом много лет назад (1956, стр. 345): «Несколько лет назад я отметил, что такие термины в определенной степени стали непригодными, так, например, в случае нарциссической фазы рамки развития этой системы требуют сужения и более детального описания системы объектов в период ранней эгоцентрической стадии».

 

Необходимо отметить и третью проблему, связанную с обозначением первых месяцев жизни «нарциссической стадией» развития. Это обозначение привело к тому, что термин «нарциссический» стал применяться к большому количеству психических явлений, имеющих место в данный период, но не имеющих или имеющих малое отношение к сменам либидного вложения. Хуже того, определение этих явлений как «нарциссических» привело к тому, что они стали считаться достаточно проясненными, так как обусловлены либидным вложением Я, и дальнейшего изучения не требуют. Их иные, часто более важные, защитные и адаптивные факторы как у младенца, так и у регрессировавшего взрослого часто игнорировались.

 

Рассмотрим это на примере следующего когнитивного явления: веры в анимизм и магию. В работе «Тотем и табу» Фрейд (1913) описал их как проявления либидного вложения Я в младенчестве и появление их у примитивного человека в виде инфантильной либидной фиксации. С тех пор было описано большое количество других факторов в их развитии. Однако часто можно услышать, что могущество мысли объясняется нарциссизмом пациента.

 

Следующий пример этой же проблемы – это аффективные состояния, возникшие в этот период, и также называемые «нарциссическими». Приведу две цитаты из работ Фенихеля (1945):

 

Ряд нарциссических чувств о благополучии характеризуются фактом того, что они воспринимаются как воссоединение с всемогущей силой внешнего мира, вызванное либо инкорпорацией частей этого мира, либо фантазией быть инкорпорированным им («вторичный нарциссизм») (стр. 40).

 

Спасение часто переживалось пассивно-рецептивным способом, с признаками нарциссического unio mystica, глубочайшего орального воссоединения субъекта с вселенной и восстановление первоначального «океанического чувства» (стр. 425).

 

Определение «нарциссический» в этих цитатах подразумевает опыт раннего «безупречного» союза с матерью. Чувства называются нарциссическими, так как возникают в течение первых шести месяцев развития. И снова определение этих аффектов как «нарциссические» привело к предположению, что они обусловлены либидным вложением Я. Однако даже наша современная неудовлетворительная теория аффектов не допустит этого предположения. Аффекты, хотя часто и связанные с разрядкой влечений, имеют массу определяющих факторов, не имеющих отношения к влечениям.

 

Предлагаю рассмотреть метапсихологию мании величия как еще один пример неясностей, возникших с названием ряда ранних явлений нарциссическими. В своей работе «О нарциссизме» Фрейд объяснял ее исходя из нарциссизма, и до сих пор часто можно найти объяснение мании величия исключительно как проявления нарциссических регрессий и фиксаций. Однако эти объяснения упускают как минимум два важных факта: (1) Мания величия, возникающая как клинический симптом у взрослых, играет важную защитную роль, которую скорее можно отнести к структурной теории, чем к либидной регрессии[3]. (2) Даже на ранней инфантильной стадии мания величия обусловлена в равной степени как аспектами эго развития, так и сменой фаз либидо. Например, незрелость перцептивного аппарата младенца и вытекающая отсюда неспособность проводить различия между внешним миром и самим собой – это важные эго аспекты чувств мании величия. По этим причинам определение раннего периода развития как нарциссического упускает важность присутствующих эго детерминант и приводит к ряду ошибок в концептуализации этого важного периода.

 

Нарциссизм как форма установления объектных отношений

Термин нарциссизм также применяется в сфере отношений эго с объектами. Были описаны два аспекта этих отношений. Первый, «реальные объектные отношения», подразумевает восприятие и реакцию в отношении объекта как отдельного индивида со своими потребностями, желаниями и реакциями. Любая форма взаимодействия с объектами, где реальные объектные отношения нарушены или вообще отсутствуют, называется нарциссической. Это значение термина достаточно распространено, Бренер (1955): «В целом этот термин (нарциссизм) в его применении к взрослому используется для обозначения, по крайней мере, трех различных, хотя и взаимосвязанных явлений таких, как: (1) гиперкатексис Я, (2) гипокатексис объектов окружающего мира и (3) «патологически незрелого отношения к этим объектам» (стр. 113). Два последних будут обсуждать дальше.

 

Термин нарциссизм применялся ко второй категории Бреннера (1955), «гипокатексис объектов окружающего мира», исходя из логики, что увеличение либидного вложения Я должно сопровождаться уменьшением катексиса других. Значение данной количественной идеи будет рассмотрено ниже. А сейчас давайте рассмотрим следующее предположение: катексис других уменьшается (теоретическое заявление), когда внешние отношения с окружающими объектами минимальны или отсутствуют (формулировка клинических наблюдений). Исходя из этой логики, которая соответствовала теоретическим выкладкам того времени, Фрейд применил термин нарциссизм к ряду клинических случаев таких, как органические заболевания, ипохондрия, сон, шизофрения. Другие приняли это значение, Остоу так писал в своей работе (1967) о «нарциссическом спокойствии»: «Самой удивительной динамической чертой этого синдрома является оторванность от объектов. Она варьируется от полной отрешенности шизофреника до относительной отчужденности замкнутого «нормального»». Под «отчужденностью от объектов» здесь понимается внешнее поведение пациента, нежели его скрытая динамика.

 

Проблема в применение термина нарциссизм в отношении типа внешнего поведения в том, что мы больше не считаем, что внешний отказ от объектов обязательно сопровождается либо увеличение либидного катексиса Я, либо уменьшением катексиса объектов. В своих ранних работах Фрейд отмечал (Нюнберг и Федерн, 1962), что кажущееся отсутствие внешних объектов не означает, что эти объекты не присутствуют физически. На собрании Венского Психоаналитического общества 13 февраля 1907 года Фрейд заметил, что Хэвлок Эллис использовал термин аутоэротизм в том случае, когда в процесс вовлечен только один человек, он (Фрейд) применяет его тогда, когда нет объектов. Например, он не считал аутоэротческим процесс мастурбации с представлением образов. Отказ часто является защитным маневром с целью избежать вызывающих тревогу отношений с объектами, которые остаются сильно катектированными. Даже если внешний отказ от объектов не является первоначально защитой, объекты интрапсихически могут оставаться важными. Например, кажущееся отсутствие объектного катексиса во сне исследовалось разными авторами (Балинт, 1960; Канцер, 1955; Левин, 1953), которые указывали на сохранение объектного катексиса в фантазиях, что подтверждалось сновидениями индивида.

 

Получается, что применение термина нарциссизм к такому явлению, как «гипокатексис объектов окружающего мира» привело к двум недоразумениям, Первое, об этом речь будет идти дальше, – это то, что либидное вложение Я не всегда сопровождается уменьшением катексиса объектов. Второе – это то, что «гипокатексис объектов окружающего мира» стал означать отсутствие внешних отношений с объектами, утверждение, которое не обязательно будет верным.

 

Давайте рассмотрим третью категорию нарциссизма по Бренеру, патологически незрелое отношение к объектам. Как возникло это применение точно не известно. Возможно, оно возникло в результате клинической работы, когда патологически незрелое отношение сопровождалось увеличением Я-катексиса. Также свою роль сыграло, видимо, и ранние ассоциации, связывающие патологию с нарциссизмом, как в случае с простым уравниванием понятий: если зрелые объектные отношения означают большее внимание к объектам, то незрелые отношения подразумевают большее внимание к Я, а значит и большее либидное вложение Я, и, следовательно, нарциссизм. Каким бы не было происхождение этого понятия, можно заметить, что незрелым объектным отношениям может быть свойственен сильный катексис внешних объектов, как, например, в случае цепляющегося, зависимого, орально-инкорпоративного пациента, для которого мать или же ее образ крайне необходимы. Якобсон (1964) писал, что такой катексис основан на примитивной инкорпоративной и проективной идентификации с потерей сепарации между Я и объектными репрезентациями. Однако катексис репрезентаций особых внешних объектов все-таки происходит. С клинической точки зрения, примитивные механизмы, имеющие отношение к этим объектам, также важны, как и повышенный личный интерес, который может возникнуть, а это факт, который остается скрытым, когда отношения именуются нарциссическими.

 

Интересно, что обе эти категории могут охватывать явления, содержащие весьма разные клинические и динамические позиции. Первая может ссылаться на внешний отказ от объектов и подразумеваемую сильную зависимость, в то время как вторая – на сильную внешнюю зависимость и подразумевающийся фокус на Я. Тогда получается, что хотя нарциссизм – это и удобный термин для отсутствующих и незрелых объектных отношений, он неважно описывает подразумевающуюся динамику.

 

Нарциссизм как самооценка

Пожалуй, основные трудности возникли после того, как термин нарциссизм стал применяться больше как техническое название для самооценки. У этого применения длинная история. Ранк (1911) использовал его в описаниях процесса самолюбования нарциссического пациента, в то время как Фрейд (1914) сказал: «забота о собственной значимости имеет особую зависимость от нарциссического либидо» (стр. 98). Фрейд (1926) хорошо осознавал трудности, возникающие при объяснении аффектов в понятиях влечений, но продолжал взаимозаменяемо использовать выражения забота о собственной значимости (аффективное понятие) и нарциссическое либидо (понятие влечений). Фрейдовское использование термина в качестве синонима заботы о собственной значимости (самооценки) получило широкое распространение, особенно в клинической работе, и стало одним из наиболее важных смысловых значений этого термина. Применение этого термина в этом смысле стало настолько частым, что даже оказалось в ежедневном словаре аналитиков[4].

 

Когда Хартманн и Лёвенштайн (1962) говорят: «Эго-идеал можно рассматривать как спасательную операцию для нарциссизма» (стр. 61), они используют нарциссизм в значении самооценки всемогущего младенца в процессе разочарования. Концепция Эйдельберга (1959) о «нарциссическом разочаровании» подразумевает чувственный опыт беспомощности, аффективное состояние в спектре самооценки. Когда Мюррей (1964) описывает «подающего надежды молодого человека с высоким соответствующим представлением о себе, представителя первоклассной группы, которой он обоснованно гордится. Его оправданные нарциссические чувства с легкостью покоятся на его плечах» (стр. 482), явно прослеживается использование термина нарциссизм в значении самооценки. Когда Кохут (1966) говорит о «лучшей индивидуальной защите от нарциссической ранимости и склонности к стыду» (стр. 255), он рассуждает о защите самооценки. Это всего лишь несколько выборочных примеров, а их может быть огромное количество.

 

Основной недостаток использования термина нарциссизм в значении самооценки в том, что слово, которое практически относится к теории влечений, отождествляется с явлением (самооценка) более высокой сложности. Я не намекаю на то, что цитируемые авторы уравнивают понятия самооценки и либидного вложения Я. Скорее они используют термин нарциссизм в качестве синонима самооценки, игнорируя его либидное значение. Однако после ряда обсуждений данной работы мне стало ясно, что значительное количество аналитиков утверждают, что самооценка – это либидное вложение Я, и даже идут дальше, утверждая, что это все, чем это является. Таким образом, я бы хотел кратко определить некоторые составляющие слова «Я», что, на мой взгляд, поможет указать на несостоятельность такого утверждения. Несмотря на некоторые разногласия в точном значении «Я», многие его компаунды передают общепринятый смысл. Будет достаточно точно условно назвать Я репрезентации «эндопсихическими репрезентациями телесного и психического Я в системном эго» (Якобсон, 1964, стр. 19). Они изначально включают в памяти следы внутреннего опыта, ощущений, мыслительных процессов, и позднее косвенное восприятие Я, т.е. восприятие Я как объекта. Они могут быть связаны или не связаны с аффективными состояниями удовольствия тли неудовольствия. Если есть связь с аффектом, то мы говорим об образе Я, а когда различные образы Я образуют более связанную аффективную картину Я, мы говорим о самооценке, «высокая самооценка» подразумевает преобладание приятных аффектов, а «низкая самооценка» - неприятных. Все эти эго состояния связей аффект-Я-репрезентаций, которые могут быть как сознательными, так подсознательными или бессознательными, имеют сложное происхождение и несут множество защитных и адаптивных функций.

 

Учитывая все вышесказанное, становится ясно, что неправильно будет утверждать, что самооценка – это просто либидное вложение Я. Это объяснение комплексного эго состояния в понятиях влечений, и при этом в весьма не специфических понятиях влечений. Это не только заранее исключает рассмотрение множества факторов, определяющих самооценку, но и косвенным образом пытается объяснить аффекты влечениями. Как я уже упоминал, на данный момент это неприемлемо.

 

Еще одна проблема уравнивания нарциссизма и самооценки была описана в замечательной работе Джоффа и Сандлера (1967), которых особенно заинтересовали количественные характеристики, которые вносит в понимание самооценки применение термина нарциссизм. Объяснение самооценки как либидного вложения Я представляет собой экономическую концепцию, согласно которой самооценка понижается, когда либидо инвестируется в других, и повышается, когда либидо изымается из других и инвестируется в Я. Фрейд отметил это в хорошо известной аналогии с амебой, которая после развивалась и другим авторами. Однако этот тип количественных колебаний не соответствует клиническим данным. Люди с высокой самооценкой как раз таки и являются теми, кто больше всего интересуется другими, в то время как люди с низкой самооценкой скорее фокусируются на себе. Более глубокое изучение такого явления, как «влюбленность», которое, как может показаться на первый взгляд, подтверждает экономическую картину («вы великолепны; я никчемен»), раскрывает его сложную динамику, и в такой ситуации трудно описать точное состояние либидного катексиса.

 

Эти сложности заставили Джоффа и Сандлера (1967) выдвинуть предложение об основательном пересмотре значения концепции нарциссизма. Вместо того чтобы отказаться от применения термина нарциссизм в отношении самооценки, они согласились с идентичностью понятий нарциссизма и самооценки, и предложили пересмотреть определение нарциссизма вне рамок влечений. Они сделали вывод, что «состояния, важные для рассмотрения нарциссизма, не могут определяться только состоянием драйвов или объясняться в понятиях гипотетического распределения энергии катексиса» (стр. 63). Они описали «идеальное состояние» благополучия, «состояние, которое является глубоко аффективным и в норме сопровождает гармоничное и комплексное функционирование всех биологических и психических структур» (стр. 63), и сделали заключение, что нарциссизм должен применяться к этому идеальному состоянию и его связям с Я-репрезентациями, т.е. самооценке. Они определили основную характеристику нарциссических нарушений как «наличие явных или скрытых болезненных стояний, с которыми эго постоянно нужно справляться; а ответная реакция в виде защитных и адаптивных маневров может принять патологические пропорции» (стр. 65). В целом, они рекомендуют отказаться от концептуализации нарциссизма как либидного вложения Я, а взамен представить его в понятиях идеального состояния. Позднее я еще буду говорить об этом.

 

И последняя проблема, связанная с уравниванием понятий нарциссизма и самооценки, появилась в тот момент, когда аналитики выделили два по существу разных типа чувства собственной значимости. История этого процесса весьма интересна. Фрейд в первоначальном уравнивании чувства собственной значимости и нарциссизма ссылался в частности на вторичный нарциссизм – либидное вложение Я, появляющееся после инвестирования объектов. В случае вторичного нарциссизма либидо изымается из объектов предположительно из-за неудовольствия, вызванного первичным вложением. В понятиях эго изъятие интереса – это защитный маневр с целью защитить человека от тревоги и других болезненных аффектов, связанных с объектами. Клинически это проявление патологической защиты, и термин нарциссизм стал применяться в отношении такого защитного раздутия позиции собственной значимости посредством чувства превосходства и мании величия. Однако вскоре прояснилось, что хорошее мнение о себе – высокая самооценка – может представлять собой и реальное, не защитное чувство. Так как это явление также называли нарциссизм, то оба этих аспекта самооценки рассматривались как следствие либидного вложения Я, и их трудно было различить. В поисках разрешения этой дилеммы родилась идея разделить нарциссизм на «хороший» и «плохой», «хороший» нарциссизм подразумевал под собой базовую, в сущности не защитную самооценку, а «плохой» нарциссизм – защитную гордыню. К сожалению, использование понятий «хороший» и «плохой» нарциссизм скорее проявит наши оценочные суждения, нежели даст реальное понимание пациентов. В структурных терминах, однако, две разновидности самооценки становятся более понятными. «Хороший» нарциссизм – это высокая самооценка, основанная в основном на приятных связках аффект-Я-репрезентация, в то время как «плохой» нарциссизм – это самоуверенность или высокая значимость себя самого, используемая как защита от базовых неприятных сцепок. Использование термина нарциссизм для обозначения всех видов самооценки ведет к упущению его структурных детерминант, и картина становится нечеткой.

 

Из всего вышесказанного можно предположить, что два применения термина нарциссизм – для обозначения концепции либидного вложения Я и самооценки – несовместимы.

 

Комментарии

Из всего вышеперечисленного одно становится явным. Первоначальная концепция нарциссизма как либидного вложения Я больше в должной степени не объясняет все явления, называемые сегодня нарциссическими. Скорее объединяющая концепция представляется фокусом на некоторых аспектах Я на любом из ряда уровней. Первоначальная теоретическая концепция нарциссизма касается связи либидного влечения и Я. Нарциссическая стадия развития – это стадия, когда границы между Я и объектами еще не установились. Выбор нарциссического объекта – это выбор объекта, напоминающего себя. Нарциссизм как отказ от объектов – это внешнее поведение, когда Я концентрируется на исключении других. Нарциссизм как незрелые объектные отношения описывает способ отношений, когда фокус на себе искажает реальные аспекты объектов, или же когда границы между Я и объектами ослаблены. Нарциссизм как самооценка описывает связь позитивных аффектов с Я-репрезентациями. Объединяющим фактором здесь является отношение Я в противоположность объектам. Это заключение не ново. Фактически оно может рассматриваться как «официальное», в Словаре Американской Психоаналитической Ассоциации (Мур и Файн, 1967) заявлено: «НАРЦИССИЗМ: концентрация психологического интереса на Я» (стр. 57).

 

Проблема с понимание нарциссизма заключается в том, что его использовали для описания огромного количества разных аспектов Я на разных уровнях абстракции. Теперь понятно, почему обращение Хартманна пересмотреть концепцию в структурных терминах не получило ответа. Нарциссизм описывает множество разных явлений, каждое из которых самостоятельно может быть описан структурно. Разнообразие применений привело к путанице в психоаналитической литературе.

 

В поисках разрешения этой проблемы давайте для начала рассмотрим возможность сузить область применения термина нарциссизм до одного из наиболее важных, в настоящее время употребляемых значений и постараемся иначе обозначить остальные. Это уже предлагалось в работе Джоффа и Сандлера (1967). Распознав проблемы с экономическим определением нарциссизма, эти авторы предлагают сузить применение термина до понятия самооценки, устраняя при этом не только экономическое определение нарциссизма, но и концепцию влечений в нарциссизме, по крайней мере, как его центральную характеристику. К сожалению, существует несколько значений нарциссизма, которые нельзя с легкостью отнести ни к концепции влечений, ни к понятию самооценки. Как, к примеру, мы назовем «выбор нарциссического объекта», если за термином нарциссизм закреплены определенные нарушения самооценки? А как мы назовем примитивный тип психического функционирования «где слабые границы между Я и образами объектов провоцируют фантазии или слияние этих образов» (стр. 40), что Якобсон (1964) называет «нарциссическим», и непонятно в отношении влечений или концепции самооценки?

 

На мой взгляд, наиболее удовлетворительным будет решение переосмысления нарциссизма в соответствии с описанием в Словаре. Мы признаем, что в свое время первоначальное понимание Фрейдом нарциссизма было очень продуктивным и полезным, но на сегодняшний день оно требует дополнения и временами недостоверно. В настоящее время это понятие должно быть заменено более обстоятельной концепцией. Принимая это во внимание, нам придется переименовать ряд явлений, сегодня называемых нарциссическими: явления с минимальным фактором концентрации психологического интереса на Я. На подобный пересмотр я бы номинировал использование термина нарциссизм для описания стадии развития и незрелых объектных отношений. Учитывая множество не Я-аспектов в период раннего развития, более содержательным будет рассмотрение созревания в терминах «линий развития», описанных Анной Фрейд (1965), с учетом того, что ранние стадии либидного развития характеризуются более четким термином, чем нарциссизм (может, «дообъектный»?). Аналогичная ситуация и с неспецифическими отношениями Я-интереса и незрелых объектных отношений, их не стоит называть нарциссическими, а лучше дать им другое описание.

 

Мы остались с использованием термина нарциссический в отношении объемной неспецифической концепции, описывающей ряд явлений, так или иначе относящихся к какому-то из аспектов Я. Если что-то не понятно из контекста, мы будем давать пояснения[5]. Там, где это возможно и необременительно, мы попытаемся использовать более специфический термин. Самое важное, это мы постараемся противостоять соблазну понимания нарциссизма сугубо в рамках либидного вложения Я и попытаемся учитывать динамические и структурные аспекты этого явления. Возможно, таким образом нам удастся сохранить значимость этой концепции и осознание формулировки, избегая неоднозначности, которая в настоящий момент создает нам массу трудностей.

 

Заключение

Наравне с другими науками психоанализ постоянно пытается пересмотреть определения своих терминов, сделать их более точными и значимыми. Эта работа посвящена одной из наиболее важных концепций, нарциссизму, и различным применениям этого термина в литературе.

Первоначально термин нарциссизм использовался для обозначения ряда явлений, которые объяснялись тем, что человек принял себя как сексуальный объект – что он любит себя или какую-то часть себя. Постепенно использование термина распространилось почти на все сферы концентрации психологического интереса на Я. Огромное количество явлений попало в эту категорию, и нарциссизм применялся в отношении всех этих явлений. В ранней психоаналитической литературе термин употреблялся по-разному:

  1. В клинический случаях, для обозначения сексуальной перверсии
  2. Генетически, для обозначения стадии развития
  3. В рамках объектных отношений, для обозначения двух разных явлений:

a. тип выбора объекта

b. способ связи с окружающим миром

  1. Для обозначения различных аспектов комплексного эго состояния в самооценке

Использование термина нарциссизм для описания такого количества различных аспектов Я-интересов и такого количества уровней абстракции привело к путанице в психоаналитической литературе. Нередко можно встретить примеры, когда авторы расходятся во мнениях относительно нарциссизма, исходя из явно разных теоретических основ. При более детальном изучении эта разница становится больше семантической, нежели теоретической. Получается, что авторы обсуждают разные явления, каждое из которых именуется нарциссическим. Серьезным фактом этой неопределенности стало то, что эта концепция, в отличие от многих других психоаналитических концепций, не была тщательно изучена с позиций эго психологии, хотя действительно этого заслуживает.



[1] Буквальное понимание данного утверждения (что и делали большинство ранних писателей) и приводит к тому, что мы называем ряд явлений нарциссическими, хотя они таковыми не являются. Например, объектные репрезентации – это часть эго, значит, их катексис должен был бы называться нарциссическим. Эту дилемму разрешил для нас Хартман (1950), указав на то, что для Фрейда в то время термин «эго» и «Я» были взаимозаменяемыми. Он предположил, что в своей первоначальной формулировке Фрейд употреблял термин «эго» в значении «Я» (или точнее Я-репрезентация). Более точным толкованием в таком случае будет «либидный катексис Я». Сегодня это общепринятое определение, и в этой статье я буду придерживаться именно его.

[2] Необходимо отметить незначительный момент в вопросе первенства. Вслед за Джоунсом (1955, стр. 271) редакторы Стандартного издания (1957, стр. 69, 100) утверждают, что впервые в психоанализе термин нарциссизм был использован Фрейдом 10 ноября 1909 года на собрании Венского Психоаналитического Общества. Однако во время этого собрания Фрейд обсуждал статью, позднее опубликованную Садгером в 1910 году, и он явно похвалил Садгера за презентацию данной концепции: «Комментарии Садгера относительно нарциссизма представляются новыми и ценными» (Нюнберг и Федерн, 1967, стр. 312)

[3] Для убедительной демонстрации прочтите Арлоу и Вреннера (1964). Эти авторы также указывают, что эго аспекты нарциссизма, хотя конкретно и не описанные, были отмечены Фрейдом даже на ранних стадиях теоретического развития.

[4] Например, «его нарциссизм был ущемлен» в значении «это был удар по его самооценке»

[5] Например, Кернберг делает это в первом параграфе своей работы «Факторы в психоаналитическом лечении нарциссических личностей» (1968), где он говорит: «существует группа пациентов, для которых основной проблемой является нарушение их самооценки в связи со специфическими нарушениями в их объектных отношениях».

 

 

 

Психоанализ  |  Доклад "Бизнес структура сквозь замочную скважину"  |  Кризис: спасение утопающего – дело рук самого утопающего  |  О галлюцинациях, У. Бион  |  On hallucination  |  Деньги. Инвестиции. Стресс  |  Контроль. Свобода. Дисциплина  |  Почему финансовый кризис был неминуем  |  Двойная ориентация нарциссизма  |  Нарциссизм. Понятие и термин  |  Психология старения  |  Сила любви
 

 

Запись на консультацию:

 
+7 (926) 521-36-24 
Skype: elenaurb1
 
 

Не зарегистрирован


Вход
Забыли пароль?
Регистрация

Детский интернет 

 

  

 Мечтариум

 

  

 

 

 

Rambler's Top100

Медицинская доска объявлений. Каталог сайтов и досок объявлений.

Психология 100

Психотерапевтическая группа · Английский язык · Новое на сайте · Карта сайта · Контакты · С душою о разном
Урбанович Елена Владимировна, все права защищены.
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS